"Глобальный треугольник" — как меняют миропорядок визиты Трампа и Путина в Китай

Председатель КНР Си Цзиньпин, принимавший высоких гостей с восточным гостеприимством, тем не менее вполне отчетливо демонстрировал снисходительно-дружелюбный стиль общения с Трампом — в противовес теплой встрече с давним и близким другом Владимиром Путиным. Важно отметить, что Трамп прибыл в Пекин, движимый стратегической необходимостью успеть до очередной эскалации военных действий против Ирана. При этом визит Путина проходил в рамках регулярных российско-китайских встреч на высшем уровне.
И протокол встреч, и ход переговоров традиционно являются центральным сюжетом мировых СМИ и долгосрочным предметом анализа "мозговых центров", пытающихся прогнозировать, как итоги визита определят контуры мирового развития. Несомненно, отношения России, Китая и США, оказывают сегодня определяющее влияние на систему международных отношений. Все возможные траектории ее развития, включая новый мировой порядок, будут зависеть от способности этих держав договариваться как по вопросам глобального развития, так и в контексте региональных кризисов и проблем современности.
Попеременные встречи в Пекине руководителей Китая, США и России не связаны общей повесткой. Однако они состоялись на фоне продолжающихся военных действий на Украине, неопределенности по поводу возобновления американо-израильских военных действий против Ирана, а также экономических последствий блокады Ормузского пролива для глобальной экономики.
Опасность современного периода трансформаций заключается в том, что он проходит в условиях неуклонного снижения позиций США как мирового центра силы и ведомого ими западного сообщества. С учетом непредсказуемости Трампа и его веры в свою безнаказанность трудно представить на что может пойти Вашингтон ради удержания ускользающего глобального доминирования. Однако взаимодействие в рамках этого треугольника (Россия — Китай — США), пусть и не объединенного общей платформой для диалога, синхронизируется путем активного либо опосредованного участия в узловых проблемах Восточной Европы, Западной Азии и Азиатско-Тихоокеанского региона. Причем все они проходят по контуру Евразийского континента — центрального элемента будущего мирового порядка. Поэтому представляется важным возможное участие трех лидеров в саммите Азиатско-Тихоокеанского экономического сотрудничества, который запланирован на осень в Китае.
АТР пока не затронут серьезным кризисом, но напряженность вокруг Тайваня вкупе с периодическим экономическим давлением всегда использовалась США как главный инструмент воздействия на Китай. Особо отмечу, что визит Трампа в Пекин проходил не в лучшее для Вашингтона время. Затяжное противостояние с Ираном, неспособность обеспечить безопасность судоходства в Ормузском проливе, пробуксовка тарифного давления на сам Китай существенно сузили Белому дому пространство для маневров. По всей видимости, американцам временно пришлось отказаться от идеи поставок оружия Тайваню на 14 миллиардов долларов, но для обеих сторон очевидно, что в долгосрочном плане Соединенные Штаты не намерены отказываться защищать Тайвань.
Теперь китайско-американские отношения будут определяться новым конструктивным видением — отношениями стратегической стабильности, которые подразумевают "сотрудничество как ее основу, здоровую и контролируемую конкуренцию, управляемые разногласия и ожидаемый мир", о чем договорились Трамп и Си. На практике это означает, что Пекин и Вашингтон будут воздерживаться от "резких действий" в отношении друг друга, которые могут включать вопросы экономической конкуренции, бизнеса, торговли, инвестиций, технологий, безопасности и стратегической стабильности вокруг Тайваня и Тихоокеанского региона в целом.
Но тут важно понимать, что при Трампе добросовестность Белого дома в выполнении обязательств — самое слабое место. Несмотря на это, обе стороны будут использовать данный формат, чтобы выиграть время для аккумуляции ресурсов. Важно, что США по-прежнему видят в Китае экзистенциального конкурента в борьбе за мировое доминирование, по крайней мере, в экономической сфере. Не исключено, что и КНР понимает неизбежность обострения отношений с Соединенными Штатами. И тот факт, что Вашингтон не добился "большой сделки" (речь об экономике и вопросах глобальной и региональной безопасности), а Пекин лишь частично удовлетворил его ожидания (согласился покупать сельхозтовары и "Боинги"), наглядно показывает, что стороны еще очень далеки от восстановления взаимного доверия.
Визит Путина в КНР был приурочен к 25-летию российско-китайского договора о добрососедстве, дружбе и сотрудничестве (кстати, продленного) и продиктован логикой дальнейшего углубления всеобъемлющего партнерства и стратегического взаимодействия. Согласно подписанному заявлению глав государств, РФ и Китай будут "продвигать кооперацию в экономике, финансовой и других сферах, вместе бороться с вмешательством третьих стран в свои дела". Одновременно они декларируют намерения развивать сотрудничество в военном применении технологий искусственного интеллекта, углубляя взаимное доверие в этой области и расширяя практику совместных учений. В целом же было подписано порядка 42 документов.
Тем не менее не следует оценивать этот визит только как "сверку часов" между двумя близкими стратегическими партнерами. Российско-китайские отношения важно рассматривать как непрерывный процесс углубления взаимодействия на глобальном уровне. Путин особо отметил приверженность Москвы и Пекина независимой внешней политике, действующей в тесной стратегической связке и играющей стабилизирующую роль на мировой арене. В свою очередь Си выразил готовность "плечом к плечу работать над формированием более справедливой и рациональной системы глобального управления".
Одним из главных итогов визита стало подписание Декларации о становлении многополярного мира и международных отношений нового типа. Согласно документу, Россия и Китай декларируют неприемлемость гегемонии, выступают против расширения агрессивных военных блоков, принуждения стран к отказу от нейтралитета и циничной политизации темы прав человека. "Ни одно государство или группа государств не должны контролировать международные дела, распоряжаться судьбами других стран и монополизировать возможности для развития", — говорится в декларации.
С учетом сложной международно-политической обстановки Китай выступает одним из главных балансиров всей международной системы и, возможно, выстраиваемого нового миропорядка. Его возросший экономический, научно-технический и военный потенциал воспринимается ведущими мировыми державами как один из ключевых факторов влияния в глобальном раскладе сил. Однако сегодня ни одна держава в одиночку не может регулировать процессы мирового управления и безопасности. Россия и Китай выбрали логичный путь — равноправное стратегическое партнерство, которое уже приобрело глобальный характер.
Готовы ли США и их западные союзники принять новые правила игры, разделяя принципы суверенного равенства, сказать пока трудно. Но в одном можно быть уверенным: гегемония Запада уже стала достоянием истории, в то время как новый этап развития человечества пролегает только через принципы многообразия и многополярности.