Почему в КР происходит масштабная зачистка кадров, связанных с Ташиевым

Кажется, ответ на вопрос, вынесенный в заголовок, лежит на поверхности - убирают тех, кто был аффилирован с генералом. И если смотреть на ситуацию под этим углом, то понятно удивление многих последними или, как сейчас модно говорить, крайними отставками Бакыта Торобаева и Каныбека Досмамбетова.
Правда, удивление это вызвано не самим фактом, а тем, что эти отставки не случились раньше, так сказать в первую волну, ведь и Торобаев и Досмамбетов считаются людьми из ближнего круга Ташиева.
Но как в этом случае быть с заявлением президента о том, что с Камчыбеком Ташиевым уже после его отставки они хорошо поговорили и остаются друзьями. Ведь оно явно диссонирует с кадровым переделом.
Все становится на свои места, если предположить, что за масштабными кадровыми перестановками стоит не банальное "доверяю - не доверяю", а более глубокое изменение логики власти.
Система визави персоны В кыргызской политике последних лет роль Ташиева была значительной. ГКНБ под его руководством постепенно расширял влияние вплоть до уровней, не входящих в компетенцию спецслужб. Сам генерал стал буквально ключевым узлом не только безопасности, но и политического, экономического и кадрового контроля. Вокруг него сформировалась собственная сеть влияния, куда входили чиновники, депутаты, бизнесмены.
В такой конфигурации власть могла и начала превращаться из чисто государственной системы в сеть персональных зависимостей. Совсем не значит, что такая сеть целенаправленно структурировалась тем же Камчыбеком Ташиевым. Скорее, это был уже неосознанный самостоятельный процесс.
Но в противовес ему начался и другой процесс.
В любой президентской модели существует предел допустимой автономии второго центра силы.
Пока система растет, концентрация полномочий с перекосом бывает даже эффективной. Но так продолжаться вечно не может. Потому что после роста наступает этап стабилизации. Тогда возникает другая задача - перераспределение влияния, чтобы снизить риски персональной монополии.
Именно это мы и наблюдаем сейчас.
Тандемная система дошла до предела, и запустился процесс возвращения к классической модели централизации.
Если совсем по-простому, то обмануть природу власти защитникам системы управления в виде дуумвирата не удалось. Две головы в одном казане все-таки не варятся.
Что на самом деле меняется Меняется не состав элиты, а принцип допуска к управлению. Если раньше главным фактором было доверие конкретному человеку, то сейчас усиливается логика подчинения непосредственно президентской вертикали. Это переход от модели тандема или двух центров власти к модели централизованной архитектуры.
Разница тонкая, но принципиальная.
Что касается отставок, то в таких сюжетах они обычно идут волнами.
Первая волна всегда касается верхнего уровня или символов. Это отставка самого Камчыбека Ташиева, его заместителей по ГКНБ, руководителя бишкекского управления, торага Жогорку Кенеша, мэра Оша.
Вторая - инфраструктуры влияния. Это сдача мандатов депутатами, отставка Бакыта Торобаева и Каныбека Досмамбетова и других.
Третья волна затрагивает сети, завязанные на персональных договоренностях. Это уже уровень "друга брата" и других.
Что будет с "ташиевскими" кадрами Здесь возможны три сценария развития событий. Первый условно можно назвать интеграционным. Он заключается в том, что часть чиновников будет переформатирована и сохранена в системе. Система не заинтересована в массовом обнулении кадрового ресурса. Это дорого и рискованно. Главное условие - переориентация личной персональной лояльности на институциональную.
Второй больше для тех, чья персональная идентичность слишком тесно связана с прежним центром влияния. Иными словами, кто прямо ассоциируется с Камчыбеком Ташиевым. Им будет трудно или почти невозможно удержаться на плаву. Скорее всего, большинству из них придется уйти, либо в никуда, либо в бизнес.
Третий сценарий для, скажем так, рационально мыслящих открытых сторонников генерала. Они, понимая, что прежняя конфигурация уже не восстановится самостоятельно, покидают поле. Как пример можно привести Нурлана Шакиева.
Но, несмотря на такую масштабную кадровую чистку, это не конфликт в классическом понимании.
Публичной войны нет, а значит речь не о расколе, а о перераспределении веса. То есть не борьба на уничтожение, а корректировка баланса.
Кыргызская политическая система исторически колеблется между персонализмом и попытками построить устойчивую вертикаль власти. Сейчас маятник движется в сторону последней.